До 2022 года единственным основанием для внесения в реестр считалось зарубежное финансирование.
Заместитель министра юстиции сообщил на заседании комиссии Совета Федерации, что в 2025 году лишь 4% лиц и организаций, внесённых в реестр, действительно получали иностранное финансирование.
Остальные 96% получили статус «иностранного агента» якобы из‑за «иных форм влияния» со стороны других государств — это касается 206 из 215 внесённых в 2025 году, по подсчётам правозащитников.
По словам замминистра, число признанных «иноагентами» из‑за зарубежного финансирования снижается с каждым годом, тогда как темпы пополнения реестра растут: в 2025 году Минюст включил в него на треть больше, чем в 2024‑м.
В 2022 году ведомству было предоставлено право признавать людей и организации «иноагентами» за нахождение под «иностранным влиянием» — более широкая формулировка, которая расширила перечень оснований для присвоения статуса.
Ранее для признания требовалось доказать получение средств из‑за рубежа; теперь власти могут ссылаться на другие формы влияния.
«Если бы сейчас этот единственный признак — зарубежное финансирование — остался, то это было бы всего 4% иноагентов. Где гуляли бы все остальные? А мы бы искали с Росфинмониторингом эти деньги, которых нет. И деньги там и не нужны — там уже другие формы», — заявил заместитель министра юстиции.
- Признание людей и организаций «иноагентами» используется для дискриминации и политического преследования.
- Лица с этим статусом существенно ограничены в правах; силовые органы регулярно возбуждают уголовные (ст. 330.1 УК) и административные (ст. 19.34 КоАП) дела о неисполнении обязанностей «иноагента».